Украинский футболист Анатолий Тимощук рассказал о стажировке тренеров "Шахтера" в "Баварии", о современном поколении и о методах работы специалистов, с которыми он работал.

- Из футболистов "Зенита" общаюсь с Денисовым, еще с Малафеевым и Анюковым. Еще поддерживаю связь с Горшковым, Радимовым. Горшков, кстати, недавно в Мюнхен на стажировку приезжал. Потом здесь были мои давние партнеры по "Шахтеру" Попов и Шутков. Всегда приятно повидаться с людьми, с которыми у тебя связаны жизненные воспоминания.

Бышовец - интеллигентный, корректный человек. Может, старожилам "Шахтера" с ним сложновато было, когда он английский их убеждал учить, библиотеку завел. А молодые - они, как губки, все впитывали. Сейчас это все изменилось. Поколение совсем другое растет. Раньше, если ты молодой, - взял мячи и понес. А сегодня поди заставь их таскать. Я говорю одному в "Шахтере": "Дружище, бери, неси!" Он мне: "У меня в контракте не написано, что я должен это делать". Чуть что - начинается: "Пойду в клуб жаловаться!".

Мирча Луческу - профессионал своего дела. Тщательно разбирает соперника. Как человек Луческу очень общительный, открытый. Чем-то напоминает Невио Скалу. Он тоже был очень дружелюбно настроен. Может, чересчур даже. Для европейского футбола это подходит, для нашего… Хайнкес ровно себя ведет. Но тон может включить недружелюбный. Ван Галь постоянно менял манеру разговора: начнет тихо, а потом как крикнет! У Хайнкеса все более спокойно, в одном темпе, но он умеет сказать твердо.

Кстати, часто на то, что происходит в команде, влияют помощники. У Скалы был помощник, отвечавший за тактику, за технику, и это очень помогало команде. У ван Галя был Андриес Йонкер, который взял после него команду. Так вот после отставки первого Йонкер изменился. При ван Гале это был такой полицейский, постоянно что-то крикнет, буркнет, и многих футболистов это выводило из себя. "Что ты гол не забил?!" - заорет и бросит что-нибудь. У Мирчи Спиридон есть, который когда переводит что-то, всегда передает интонацию. Если тренер сказал жестко, то и переводить надо жестко. Только Моуринью записки передает разве что, хоть прочитать можно, - смеется Тимощук.