36-летний Георгий Деметрадзе, бывший форвард сборной Грузии и лучший бомбардир чемпионата России по футболу 1999 года, вышел из тюрьмы, проведя в заключении два года и семь месяцев из положенных шести лет. При прежней власти Деметрадзе обвинили в связях с криминальными авторитетами и организации подпольных тотализаторов (футболист это категорически отрицал), новое же правительство внесло форварда в список 190 узников совести и помиловало в минувшее воскресенье. Лучшие годы футбольной карьеры нападающий провел, выступая за владикавказскую «Аланию», где в 1999 году он стал лучшим бомбардир чемпионата России, забив 21 гол. После своего освобождения из колонии Деметрадзе ответил на вопросы «Известий».

— Поверьте, до сих пор не понимаю, за что меня арестовали! Я футболист, я не имел и не имею никакого отношения к воровскому миру. Я не совершал ничего противозаконного.

— Но всё же какая-то своя версия у вас есть?
— Тогда расследовали дело о подпольных тотализаторах, арестовали несколько человек, в том числе моего знакомого — бывшего полковника полиции. Может, им нужно было мое признание, а мне не в чем было сознаваться. И я не стал оговаривать себя. Со мной в камере сидел человек, которого осудили за 15 лет за то, что он якобы намеревался взорвать Дом юстиции в Кутаиси. А он вообще понятия не имел ни об этом доме, ни о терроризме. Слава Богу, в Грузии завершился сумасшедший режим и я на свободе.

— В сентябре Грузию всколыхнул скандал из-за фактов измывательств над заключенными. Сталкивались с чем-то подобным?
— На меня лично физически не воздействовали, а вот психологически — да. И потом, каково это — постоянно слышать стоны и крики подвергающихся пыткам заключенных... Врагу не пожелаешь. К счастью, в последние месяцы этого уже не было.

— Звезда мирового футбола, ваш бывший партнер по донецкому «Металлургу» ивуариец Яя Туре обещал внести залог, чтобы вас выпустили из-под ареста. Не вышло?
— Яя Туре — мой друг, но те власти Грузии не приняли бы никакого залога. У них были болезненные идеи: всех сажать, все экспроприировать... Какие бы звезды за меня не заступались, это бы ничего не изменило. Вообще же «Металлург» и «Алания» — это родные мои команды. Я был там как дома. В чемпионате России за Владикавказ и сейчас болею, а в чемпионате Украины — за «Металлург». Спасибо всем, кто меня поддерживал. Знаю, очень многие обрадовались там моему освобождению. Кстати, большой привет Валерию Георгиевичу Газзаеву, под его руководством я играл в «Алании».

— Ваше дело находится в Европейском суде по правам человека. Не планируете теперь его отозвать?
— Мне нужно подумать об этом. Когда меня арестовали, мне было 33 и у меня были предложения из клубов Украины и Кипра. Я воздержусь их называть, но это были реальные контракты на три года. Теперь пусть Саакашвили заплатит мне компенсацию! Из-за него я завершил карьеру футболиста не на поле, а на нарах.

— В футбол уже не вернетесь?
— Играть уже не смогу, но, наверное, останусь в спорте. Как именно, решится недели через две.

— Но вы и в тюрьме тренировались?
— И тренировался, и часто играл с заключенными. У нас была своя сборная. Несколько недель назад, уже при новом руководстве Грузии, нам разрешили провести в тюрьме товарищеский матч против профессиональных футболистов, в том числе против моих бывших партнеров по сборной Грузии. И мы победили 8:7! И это была честная победа. Я забил то ли три, то ли четыре гола, уже не вспомню точно.

— Кстати, один из бывших партнеров по сборной — нынешний министр энергетики, а в недавнем прошлом капитан сборной Грузии и защитник «Милана» Каха Каладзе — активно выступал за ваше освобождение. Он весной собирается провести в Тбилиси прощальный матч против этого итальянского клуба и приглашает вас в состав сборной своих друзей.
— Я очень ему благодарен за поддержку. Что касается игры — потренируюсь и даже два тайма сыграю. Выступить против «Милана» — мечта каждого футболиста, особенно в таком матче.