В футбол бывший президент московского "Спартака" Андрей Червиченко пришел из бизнеса; в бизнес, закончив с футболом, и вернулся.

— Какие сегодня питаете чувства к "Спартаку"?
— Да просто наблюдаю. Хорошо проплаченная кампания, по итогам которой я был назначен главным врагом всего спартаковского на планете, давно сгинула, а что на выходе? Мои медали — вот они, можно полюбоваться. А что было после? Кроме лозунгов и истерик, связанных с неизбежным возрождением великого клуба, ничего не припомнить. Хочешь — так считай, хочешь — эдак, а при Червиченко у "Спартака" был лучший, чем после него, результат.

Сейчас понятно только одно: в кресле гендиректора должен сидеть симпатичный блондин со спартаковским прошлым. Все остальное, как обычно, в тумане. Почему Лаудруп с его одним-единственным сезоном в "Хетафе"? Кто такой Кариока? Куда девать Моцарта?

— Вы в свое время тоже проблему тренера решить не смогли.
— Не смог, да, потому что меня вечно торопили, а от хороших советчиков вокруг было тесно.

— Есть все же в этом маленьком футбольном мире тренер, который снова сделал бы "Спартак" "Спартаком"?
— Пусть многие посчитают эту идею крамольной, но я назову фамилию Газзаева. Я бы очень внимательно присмотрелся к этой кандидатуре. Когда в конце 70–х "Спартак" принимал Константин Иванович Бесков, это тоже казалось нелепицей. А вышло так, что теперь Бесков стоит в одном ряду со Старостиными. Газзаев — блестящий специалист, он никогда не шарахается в крайности и знает о тренерском ремесле все.

— Вы, насколько известно, достаточно тесно общаетесь с Валерием Георгиевичем. Неужели, зная его, можете предположить, что согласится?
— Согласится или нет — совсем другая тема. Я с Газзаевым ее не обсуждал.

Дословно. Владислав Ващук, бывший защитник "Спартака"

- Вызывает меня Червиченко. Благодарит за сотрудничество и объявляет, что "Спартак" отныне не нуждается в моих услугах. Я пытаюсь выяснить, в чем дело. А он в ответ: "Ты сдал игру "Уралану". Ты накануне матча встречался с Шалимовым и Писаревым". Тогда я иду в наступление: "Интересно, за сколько я сдал игру? Может, цифру назовете?" Ответ Червиченко меня поразил до глубины души: "Я знаю, что ты не за деньги игру сдавал. Просто так, по дружбе".

Это что–то новое — сдавать по дружбе. А вообще обидно было, конечно. На самом же деле людям просто нужен был повод, чтобы меня убрать. Они его нашли.