Председатель Комитета по этике и честной игре обосновывает незаконность случившегося во вторник.

- Двумя основными нарушениями, допущенными Комитетом по этике и честной игре (далее - КЭЧГ. - А.Н.), является отсутствие на заседании руководителя, а также первого вице-президента ФФУ, с которым должно быть согласовано проведение подобного заседания. Я все могу понять, случаются различные форс-мажоры - болезнь, например. Но пока я жив-здоров, заседания КЭЧГ не могло проводиться, подчеркиваю это. Я не давал согласия на подобные посиделки.

Почему это произошло? Как вы помните, на последнем Исполкоме ФФУ стороны договорились о перемирии, обусловленное тем, что вскоре у нас начнется аудит, который должен показать определенные вещи. И более того - сейчас у нас непростая ситуация, нам работать надо. Однако, не сложилось... Поэтому и решил кое-кто провести смешное заседание КЭЧГ, где на повестке дня было два вопроса: о высказываниях первого вице-президента ФФУ Анатолия Попова и "разное".

Причем перед этим не было никаких официальных заявлений, сообщений об организации заседания КЭЧГ. Ни одного обращения ни ко мне, ни к моему секретариату - до сих пор не поступило даже бумажки (разговор записан в среду. - А.Н.), не говоря уже о том, что ничего подобного во вторник не было.

Вот и получилось, что провел заседание Комитета мой первый заместитель, который имел на это право только в случае, когда определенные обстоятельства помешали бы мне заняться соответствующим делом. И вот приняли решение относительно Попова, а в конце, "на закуску", - еще и по мне.

... Поймите, я своего личного интереса не имею и не защищаю. Просто сегодня в ФФУ диктатура, а те, кто с ней не соглашаются, получают на орехи. Вот я на исполкомах всегда голосую так, как считаю нужным, однако многим это не нравится. Поэтому и случаются такие забавные вещи: например, это не соответствует никаким уставным нормам Федерации, когда на заседании, где рассматривается вопрос о конкретных людях (в данном случае - Попове и мне), этих людей нет, они чисто физически не присутствуют!

Самое плохое в том, что случилось: таким образом полностью нивелируется значение КЭЧГ. Если всем известно, что здесь все решения принимаются по звонку одного человека, то зачем сюда обращаться? То есть теперь я не представляю, как в ближайшее время мы будем работать.

Хотя... Если подумать, этот Комитет, несмотря на то, что я им руковожу, изначально был не моим: я сразу предложил список людей, которых хотел видеть под моим руководством, там, кстати, были двое журналистов - Бондаренко и Сай, но большинство лиц в списке не удовлетворили Конькова и бывшего первого вице-президента ФФУ Стороженко, поэтому их всех вычеркнули. Я убежден, что в нашей организации представители СМИ должны быть.

Наибольший парадокс в том, что даже в случае, когда заседание КЭЧГ прошло бы по всем правилам, решения, которые были приняты во вторник, ничего не значили бы, ведь вопрос снятия с должностей первого вице-президента и вице-президентов может решать только Конгресс ФФУ - даже у Исполкома таких полномочий нет!

Тогда возникает вопрос: зачем все это было сделано? Думаю, для психологического эффекта - просто напугать, показать, кто в доме хозяин, и что ожидает того, кто "рыпается".

В ближайшее время, безусловно, тема получит продолжение: примерно до лета состоится очередной Исполком, где мы всё рассмотрим. Вот в конце апреля начнется обещанный аудит ФФУ, по итогам которого мы и соберемся, и где, между всего прочего, коснемся темы нелегального заседания КЭЧГ, состоявшегося во вторник.

Александр Нойкович, "Украинский футбол"