Капитан футбольной сборной Украины Андрей Шевченко, 32 года, сразу просит не спрашивать о его дальнейшей карьере. Он еще не знает, где будет играть в следующем сезоне. Известно только, что 9 июля Шевченко должен прибыть в лагерь "Челси" — контракт лучшего футболиста Европы-2004 с лондонским клубом будет действителен еще год.

— Вы отец двоих детей. Как их появление повлияло на ваш ритм жизни?
— Дети дают понять, что я уже не принадлежу самому себе. Все, что я сейчас делаю, подчинено интересам семьи. Именно она дает тебе новую мотивацию. Вообще я сейчас ищу баланс между личной, футбольной и общественной жизнью. Сам формирую свое реноме, на это никто не может повлиять.

— Вы говорите о балансе. Но ваша личная жизнь с Кристен Пазик полностью закрыта для прессы. Почему?
— Я не настолько открыт, как Дэвид Бэкхем, у которого все на виду. Я очень уважаю Дэвида, но мне трудно представить себя с Кристен на его месте.

— Ваша жена разделяет эту точку зрения?
— Полностью. Она считает так же, как и я. Нужно — делаем, не нужно — нет. Это глупости, что в нашей семье главные решения принимает жена. Конечно, это делаю я. Нужно поменьше читать желтую прессу.

— Бразилец Сократес курил сигареты, француз Кантона любил красное вино. Вам случалось нарушать режим?
— Могу выпить полбутылки вина или бокал пива. Никаких проблем. Но я научился говорить себе "хватит". И так уже четыре-пять лет. До 25 лет человек может выпить лишнего и не заметить. Потом становится уже трудно и вредно.

— А как насчет еды?
— Люблю поесть — вкусно и много. Но никогда не им все подряд, учитываю, насколько жирные или тяжелые продукты в блюде. Я так делал всегда. Меня очень изменила Италия в этом плане. Там такая вкусная и разнообразная кухня, что нужно следить, чтобы не переедать.

— Вы всегда чувствовали себя украинцем?
— Да. И горжусь этим. Но не стопроцентно. Потому что есть проценты от Советского Союза, я 14 лет жил в этой стране, и такой период невозможно выбросить из памяти.

— Далеко еще до кардинальных изменений в жизни Андрея Шевченко?
— Год, два, три, пять. Не знаю, сколько еще буду играть. Футбол в моей жизни с 9 лет, все подчинено только ему. Когда-то наступит момент, и я скажу себе — хватит. И что-то попробую новое — то, чего не было во времена активной карьеры. Но я не знаю, какой она будет, это новая жизнь.

— В прошлом году много говорили о необходимости реконструкции состава сборной Украины. Вы отмечали, что не видите, кто может прийти на смену вашему поколению. Но сейчас выходите на поле в окружении молодежи.
— Это заслуга молодежи. Все зависит от них. Кому, как не им, играть? 22–23 года — именно то время, когда стоит о себе заявить. Потом может быть поздно. Я 14 лет в сборной. Очень много людей прошли через команду за этот период. Все равно наступит время, когда на нас нужно будет поставить крест, и эту работу возьмут на себя другие. Но я бы хотел большего уважения к нам, ветеранам.

— А разве его нет? Во львовском матче против Беларуси вы остались в запасе, и весь стадион вопил: "Шева, Шева!", требуя вашего выхода на поле.
— Я не о болельщиках. С ними замечательный контакт, как и с молодыми футболистами сборной. Я о прессе. Когда в Киеве, читаю газеты, смотрю телевизор. Не понимаю причины такого критического отношения к национальной команде. Разве украинцы не должны поддерживать своих?

— Но в Британии "Сан" или "Гардиан" так же суровы к своим.
— Поэтому, чтобы прочитать нормальную статью, я беру "Таймс".

— Какое впечатление произвела на вас игра сборной в Загребе?
— Интересный матч, с кучей моментов. Благодарен ребятам за самоотверженность. Выложились больше, чем на 100 процентов. В Хорватии очень трудно играть. Большую часть матча я сидел на скамейке запасных и очень переживал. Нога...

— Ваша травма — из-за нехватки игровой практики?
— Конечно, нет! Просто такое случается, мог и раньше мышцу на ровном месте потянуть.