Национальной командой Николай Павлов руководил в трех матчах — и во всех случаях в тандеме с другим наставником.

— Николай Петрович, вы помните, как в конце 1992 года вас назначили главным тренером сборной страны?

— Признаюсь, смутно. Какие-то разговоры ходили, но как о свершившемся факте об этом узнал, когда смотрел по телевизору программу новостей (улыбается). Полночи потом не спал, хотя жена, дети были довольны. Впрочем, наутро и я успокоился — обрадовался, что предстоит съездить в Беларусь, где у меня до сих пор много друзей.

— Сборной вы руководили в паре с наставником Металлиста Леонидом Ткаченко. Кто принимал окончательные решения?

— Для меня сборная — это святое. Отказать в трудную минуту я не мог, но всегда говорил: «Буду помогать, руководят пусть другие». Перед установкой, которую, точно помню, проводили в раздевалке на минском стадионе Динамо, сказал своему коллеге, чтобы процессом руководил он. В сборной ведь было 10 игроков из Днепра, который я тогда тренировал, вот и попросил Ткаченко: «Лучше говори ты, а то мои установки им уже надоели». Так что он готовился к установке, а я побежал на встречу со своими друзьями (улыбается).

— Чем запомнился тот матч?

— Сыграли вничью, людей было много — до 20-ти тысяч. Для нашей сборной это был третий поединок, а для белорусов — первый в истории! Время было тяжелое, и у нас, и у них все разъехались — не уезжать тогда было невозможно. Хотя за Украину в том матче играл Алексей Михайличенко, а в конце счет сравнял Юрий Максимов. Больше особо ничего не запомнил, разве что вот по поводу формы: перед игрой выдали, после игры забрали.

— На следующий поединок сборную выводил уже Олег Базилевич. Почему не остались?

— Хотел работать в Днепре, но сборную я не бросил, был там помощником, ведь Базилевич — это для меня легенда. На товарищеский матч в Литву национальная команда летела, по сути, за мой счет. Перед этим сборы в Днепропетровске проводила, у меня тогда был специальный фонд, и мы из него выделили нужную сумму.

— В Южную Корею, впрочем, сборную пришлось везти уже вам…

— Не мне, а нам с Владимиром Мунтяном — еще одним легендарным человеком. Корейцев возглавлял Анатолий Бышовец, и он договорился об этих двух матчах с Евгением Котельниковым, который опекал тогда сборную Украины. В первом официальном поединке в своей истории наша команда проиграла Литве, но на тот матч не приехали футболисты Динамо…

В общем, я же вам говорю — смутные были времена. Вот и в Корею пришлось ехать без динамовцев Киева. Потом уже Йожеф Сабо пришел, я ему тоже поначалу помогал.

— Два поражения в Азии — по делу?

— У корейцев тогда была сильная сборная, но мы могли и должны были играть вничью.

— Уже потом, спустя много лет, вы могли в третий раз стать главным тренером национальной команды…

— Мне президент Ворсклы Олег Бабаев, который был членом Исполкома ФФУ, рассказывал, что руководитель федерации Анатолий Коньков просил меня убедить. Но я не видел себя там, привык работать в клубе. Потом, когда нас, тренеров, в Доме футбола собрал глава комитета сборных Михаил Фоменко, я прямо сказал: «Миша, а почему бы тебе не возглавить команду?» Он говорит: «На повестке дня твоя кандидатура». «Снимаем этот вопрос, — отвечаю. — Надо будет — сделаю заявление, тебя поддержу, а то если назначат иностранного специалиста, в жизни не включу телевизор, когда будет играть сборная! Надо, чтобы работали свои тренеры».

— Ваша тренерская ассоциация должна влиять на назначение наставника национальной команды?

— Думаю, нет. Но наше мнение в ФФУ должны знать. Вот мы и планируем стать одним из коллективных членов федерации, и один голос в исполкоме, надеюсь, будем иметь.

— Мы знаем, что вы никогда публично не комментируете игру сборной Украины и работу ее наставников, но недавно поддержали Андрея Шевченко. Почему?

— Потому что ни один из тренеров нашего поколения не принял бы такого радикального решения — в первом же матче в карьере доверить место на поле стольким молодым ребятам! Для этого нужно обладать большой футбольной смелостью, и она, видимо, осталась у Андрея Николаевича еще со времен его выступлений в качестве игрока. Помимо этого, смелость тренера заключается еще и в том, чтобы не слушать разговоры со стороны, — это качество должно ему помочь.