Сегодня - день рождения форварда, который в 60-х считался одним из самых талантливых в Союзе, который провел несколько замечательных сезонов - но все-таки не стал такой звездой, какой должен был. Сегодня - день рождения Виталия Хмельницкого...

Когда мы определяли лучшие атакующие пары киевского "Динамо" за всю историю, мы, конечно, упомянули о связке Хмельницкий - Бышовец. Два великих индивидуалиста, действуя рядом, не становились коллективистами - но сочетание таких ярких личностей давало игре нечто незабываемое. Впрочем, к тому времени - вторая половина 60-х - Хмельницкий уже научился немножечко играть на партнеров...

Когда в 1962 совсем еще "зеленый" мариупольский футболист появился в составе донецкого "Шахтера", все было гораздо хуже. Главный тренер команды Олег Ошенков, который был инициатором его перехода (правда, с подачи мариупольских тренеров), столкнулся с большой проблемой: этот талант (величина которого была всем очевидна) не замечал никого вокруг. Ошенков видел, что по потенциалу перед ним - звезда, вокруг которой можно попытаться строить "Шахтер" завтрашнего дня. Форвард еще более выдающийся, чем Юрий Ананченко (хотя, казалось бы, куда уж). Но для того, чтобы произвести революцию в "Шахтере", Хмельницкий должен был произвести взрыв в собственных мозгах. Перестать быть "всадником без головы". Над этим тренер и начал работать.

Возможно, "ветер в голове" у Хмельницкого был из-за места, в котором он родился - села Тимашовка Запорожской области. Там совсем рядом - знаменитое Гуляй Поле, столица анархической республики Нестора Махно - человека, не признававшего никакого порядка и насилия над личностью. Хмельницкий, кстати, помнил, откуда появился. Есть даже легенда о том, как это вышло ему боком. Когда перед чемпионатом мира в Англии всех кандидатов (несколько десятков человек) собрали для представления тренерскому совету, все по очереди вставали и однообразно бубнили: "Родился там-то, учился там-то..." Хмельницкому это показалось очень скучным. И он, представляясь, сказал: "Я родился на хуторе Тимошовка, вот — мой дом, вот — Нестор Махно. Больше ничего не помню". Это произвело впечатление. Хмельницкого выделили и запомнили. На чемпионат мира он не поехал.

Возможно, его индивидуализм и свободолюбие стали причиной одного из его футбольных прозвищ - "Чайка". По другой версии, так его назвали за искусство красиво приземляться на газон...

Впрочем, сам Хмельницкий объяснял все иначе, и история выглядела гораздо смешнее: "Во время поездки на финал Кубка страны 62-го года в Москву мы коротали время в поезде за разгадыванием кроссвордов. Слышу вопрос: "Морская птица из 9 букв?" А я возьми и сходу скажи первое, что пришло на ум: "Чайка". А я ведь заикаюсь, поэтому получилось протяжно, как раз 9 букв: ч-ч-ч-ч-чайка".

Ошенков верил в Хмельницкого, хотя, как вспоминал сам Виталий Григорьевич, на тренера оказывали давление авторитетные игроки "Шахтера". Они были против того, чтобы такого молодого, да раннего ставили в состав. Говорили, что пацан слишком много о себе думает. Ошенков этому давлению не поддавался - у него самого авторитет в команде был высок. Впрочем, он умел ладить с игроками и убеждал их в том, что прогресс Хмельницкого обернется пользой для всех. И тем временем занимался со своим протеже, пытаясь вбить в эту буйную голову понятие об игровой дисциплине и командном порядке.

Хмельницкий благодарен Ошенкову - настоящим профессиональным игроком он стал именно под руководством этого тренера. "Я тогда был совершенно "сырой", не мог бить ни правой, ни левой ногой. А вот обвести – хоть полквартала. Здоровья хватало", - вспоминал он. Школа команды высшей лиги сделала свое дело - вскоре от "сырости" не осталось и следа. Именно в Донецке к Хмельницкому пришел его фирменный стиль, со знаменитым "рваным" бегом. Здесь его научили эффектным ударам головой в падении...

Хмельницкого поставили на левый край. До него там играл Валентин Сапронов - живая легенда, крайне уважаемый болельщиками человек. Правда, ему был уже 31 год - по тем футбольным меркам, глубокий старик. Но пару сезонов он мог бы еще поиграть. Приход Хмельницкого ускорил окончание карьеры Сапронова. 1962 стал последним годом донецкого ветерана в большом футболе. И годом дебюта Хмельницкого. И годом первого гола Хмельницкого. Это случилось 7 мая 1963 - Виталий сделал неприличным счет матча с киевским "Динамо" - 3:0. Так столица Украины впервые обратила внимание на этого мариупольского паренька. И через полтора года Виктор Маслов, принявший "Динамо", употребил всю свою харизму, чтобы убедить встреченного в Сочи на отдыхе Хмельницкого сменить прописку.

Виталий должен был чувствовать себя очень уверенно в конце 1964. Сезон он провел прекрасно, особенно его первую часть, когда "Шахтер" несколько туров лидировал. Осенью был включен в список 33 лучших футболистов СССР. Он стал звездой - и должен был играть в звездной команде. "Шахтер" 60-х таким не был.

В Киеве Хмельницкий сменил на левом фланге еще одного великого - Валерия Лобановского. Но ситуация отличалась. Лобановскому все равно было уже не играть. Не вписались они с Масловым друг в друга. И претензий к Хмельницкому Лобановский не имел. Отношений, правда, тоже не завязалось. Так - на уровне "Привет! - Привет!". Правда, и пробыл бывший звездный левый край после этого в "Динамо" недолго - ушел в "Черноморец", а потом в "Шахтер". Маслов создавал новую команду. Хмельницкий ей идеально соответствовал. Лобановский - вообще нет.

В "Динамо" Хмельницкий отыграл 7 сезонов - последние, правда, уже "на подпевках". Забил 54 гола - чуть меньше 8 за сезон. Бывало больше, бывало меньше... Статистика не самая впечатляющая. Но вклад Хмельницкого в тогдашние победы "Динамо" - не только голы. Он заражал партнеров свои характером, своим настроем. Никогда не лежал на газоне, если его сбивали - сразу вскакивал, чтобы продолжить борьбу. Полностью соответствовал идеологии Маслова с его знаменитым: "Зритель платит рубль – будьте добры играть от первой минуты до последней!" Кроме того, Хмельницкий был "королем раздевалки". Его партнер Василий Турянчик говорил о нем: ""Хмель", как Виталика нарекли в команде, был душой команды, весельчак и в тоже время игрок высшей квалификации, боец".

Хмельницкий пережил с "Динамо" превращение в лидера союзного футбола, три чемпионства подряд. Стал игроком сборной и все-таки съездил на чемпионат мира - в 1970. И даже гол там забил, в групповом турнире, в ворота сборной Бельгии. Хмельнцкого знали уже не только в Мариуполе, Донецке, Киеве - но и в Москве, Ленинграде, Тбилиси, Ташкенте. Он научился вписываться в разные схемы и приспосабливаться к разным тренерам. Но все равно, в стиле его оставалась какая-то необузданная лихость. Как будто он никуда и не выезжал за пределы Гуляй Поля...

Обсудить новость можно на страничке terrikon.com в Facebook https://www.facebook.com/terrikon

Федор Ларин, специально для "Террикона"