Один из самых богатых клубов России показал свой класс еще в аэропорту Борисполь, когда чартерный рейс из Казани с футболистами «Рубина» на борту прибыл в VIP-терминал главного украинского аэропорта, стоимость комплекса сервисных услуг в котором для одного пассажира - около тысячи гривен.

Трудно вспомнить, пользовался ли до этого кто-либо из соперников киевского «Динамо» или сборной Украины VIP-терминалом, ведь обычно футбольных гостей украинцев вполне устраивал и международный терминал В.

Вместе с командой и тренерским штабом в Киев прибыло также руководство клуба, спонсоры и крупные татарстанские чиновники. Так что дворик терминала оказался просто-таки «запружен» «Мерседесами» представительского класса, которые пригнали специально для гостей из Казани.

Один из «мерсов» предназначался для главного тренера «Рубина». Именно Курбан Бердыев и вышел первым из здания аэропорта и стремительно ринулся к автомобилю, не проронив при этом ни слова, совершенно не замечая ни прессу, ни многочисленных охотников за автографами.

Следом за тренером из дверей терминала стали выходить и футболисты - все, как и тренер, в фирменных клубных костюмах с эмблемой «Рубина» на груди и в рубиновых галстуках.

Казанских футболистов поджидал автобус киевского «Динамо», в котором они и поспешили укрыться от вспышек фотокамер: на бегу ребята раздали пару автографов, а вот журналистов, как и Бердыев, упорно игнорировали:

- Ни слова до игры, - уже из автобуса выкрикнул форвард «Рубина» Александр Бухаров. Остальные ребята и этой парой слов себя не утруждали, молчаливо рассаживаясь в салоне сине-белого динамовского автобуса.

- Неужто вам с прессой запретили общаться? - не унимались журналисты, преследуя по пятам казанцев.
- Нет, не запрещали, но до игры комментариев мы не даем, - практически одну и ту же фразу в разных вариациях повторяли игроки «Рубина».

- Но все-таки признайтесь, коленки в дебютном матче Лиги чемпионов дрожать не будут?
- Завтра приходите на стадион и увидите своими глазами, дрожат у нас коленки или нет, - в устах игроков «Рубина» это звучало почти как угроза.