Генеральный директор «Шахтера» Сергей Палкин в эфире передачи «Реальная политика» на канале «Украине 24» рассказал о деталях расставания клуба с Мирчей Луческу.

- Если вспомнить обстоятельства ухода Луческу в 2016-м году, то каковы они были на самом деле?
- По большому счету, он себя исчерпал. Более того, мне кажется, что клуб вырос и пошел вверх, а Луческу остался на прежнем уровне. Поэтому президент клуба еще за полгода до того, как закончился контракт, дал задание найти варианты по будущему тренеру.

- То есть это было решение не в последний момент, когда выяснилось, что «Шахтер» не становится чемпионом?
- Нет, еще за полгода до окончания контракта. Это решение было достаточно продуманным, президент понимал, на что он идет. Это не было сиюминутное принятие решения.

- Я правильно понял, что политика клуба выращивать звезд и продавать их втридорога в более богатые клубы?
- Да, это наша политика. Мы берем молодых ребят, воспитываем их и продаем. Это наша выстроенная политика трансферов, которую президент еще много лет назад заложил. Акцент сделали на Бразилию, потому что там играют ребята, которые показывают красивый атакующий футбол. Президенту такой стиль нравится, и в этом направлении мы долгое время идем и имеем хороший успех.

- Правда, что Луческу просился обратно, когда уходил Фонсека?
- Да. Дважды просился обратно. И дважды получил отказ. Если вернуться к этому решению, не продлевать контракт с Луческу, то это было обдуманное, достаточно глубокое решение. Поэтому если президент его принял, то он назад не сыграет.

- А почему ушел Фонсека?
- Потому что «Рома» появилась на пути. По большому счету, это первый раз в истории Украины, когда мы отдавали тренера за компенсацию. Мало того, что он выиграл 7 трофеев, так мы еще немного подзаработали.

- Фактор потери родного стадиона сыграл свою роль в неудачах «Шахтера»?
- Какая-то роль может была, но когда пришел Фонсека, сейчас пришел Каштру, то у нас тоже нет стадиона и мы продолжаем выигрывать. Поэтому на 100% сложно сказать, какое это было влияние, но однозначно определенное было, потому что одно дело, когда мы жили в Донецке, у нас были болельщики, стадион, базы и весь город был заточен под наши победы. Когда это все исчезло, естественно, определенное влияние это возымело.

- У Суркисов плохо с деньгами? Неужели они не могли найти более перспективного тренера?
- Сложно ответить на этот вопрос. Мы уже анализировали причины принятия этого решения, но ответ найти очень сложно. Единственное, когда президент «Динамо» подходил к ультрас и сказал, что беседовал с Луческу и он не очень доволен, что президент «Шахтера» его уволил, поэтому он якобы злой на него и хочет доказать, что это было неправильное решение. Может быть, это одна из причин. Но также мы не должны обходить стороной принятие решения самим Луческу. Потому что, например, я проработал в клубе больше 17 лет. Я не представляю, что я могу очутиться в киевском «Динамо». Я не иностранец, может у иностранцев это происходит проще, но, например, первый ассистент Луческу, Карло Николини. Он иностранец, Луческу его приглашал в «Динамо», и он отказался. Более того, он сказал, что я не смогу ходить по Киеву и смотреть в глаза болельщикам «Шахтера». Хотя ситуация у него сложная, он находится в Брешии. Это место – главный эпицентр пандемии в Италии. Президент его, кстати, хорошо оценивает, уважает, потому что он серьезный профессионал. Более того, когда он работал у нас, после каждой игры они созванивались, обсуждали игру, обсуждали всех футболистов. Поэтому для президента это очень большой профессионал, и для Луческу это очень большая потеря, что он не пошел с ним. Но с другой стороны, с ним пошел Спиридон, его ассистент, хотя по большому счету его функции больше сводятся к переводу, а не к тренировочному процессу.

- Говорят, что там уже кто-то переводит записи Валерия Лобановского на румынский.
- Если подытожить, то вы знаете, что Луческу называют мистером. Но тот поступок, который он совершил – мистеры так не поступают.

Мы выстроили такую систему, когда клуб создает тренера, а не наоборот. Поэтому когда тренер приходит к нам, он становится частью большого механизма, который заточен на победу. Если вы посмотрите на нашу трансферную политику, ни один из тренеров никогда не влиял на нее и никогда не будет влиять.

- Не может быть такого, как, например, в английской лиге какой-то звездный тренер говорит: «А ну подать мне какого-то знаменитого нападающего или я ухожу»?
- Нет, у нас такого не может быть и не будет. Единственная звезда – это клуб. Поэтому клуб принимает решение кого покупать, и кого продавать. Это главный аспект. Вот мы играем 4-2-3-1. Когда Луческу пришел, он пытался что-то свое придумать. Фонсека тоже хотел играть 4-4-2, потом вернулся на 4-2-3-1. Каштру принял эту схему, по которой мы играем, и видите, какой успешный сезон он провел. Повторюсь – когда тренер к нам приходит, он становится частью всего механизма.