Нападающий "Динамо" Андрей Воронин многое повидал за свою карьеру. Были и выступления в сильнейших европейских чемпионатах, и успехи в сборной Украины. В общем, есть что вспомнить и чем поделиться с любопытными журналистами.

— Вы уже опытный футболист, поиграли на разных уровнях. Вспомните свой путь в сборной, как все для вас начиналось?
— Во-первых, попадание в сборную, особенно первый раз, — это ни с чем не сравнимое ощущение. Любой игрок счастлив представлять свою страну. Поэтому я с нетерпением ждал, когда меня пригласят впервые, хотя дебют получился не очень удачным. Мы проиграли румынам в товарищеской встрече со счетом 0:4.

В следующий раз, когда меня вызвали на домашний матч с греками, в основной состав я не попал, но получилось так, что два наших футболиста в течение десяти минут травмировались и тренер выпустил меня в первом тайме на замену. Я хорошо отыграл и забил гол. Так и началась моя карьера в сборной Украины.

— Самые яркие воспоминания наверняка у вас связаны с участием в чемпионате мира в Германии. Не забыли, что украинцы тогда первыми обеспечили себе путевку на мундиаль?
— Помню, конечно. Для нас это было полной неожиданностью. В каких-то отборочных матчах нам откровенно везло, где-то вылезали "на жилах". Все мечтали о чемпионате мира, но никто не говорил об этом вслух. Улетая домой после матча со сборной Грузии, в аэропорту мы узнали потрясающую новость: нам сообщили, что Украина вышла на чемпионат мира в Германии. Все были безмерно рады, не передать словами. Такое нужно самому пережить, чтобы понять, о чем я говорю. К сожалению, тех ощущений мы больше не переживем.

— В самолете хотя бы бутылочку шампанского откупорили?
— Да, и не одну (смеется).

— Какие самые яркие воспоминания оставило первенство планеты в Германии?
— Когда мы собираемся с ребятами, очень часто вспоминаем тот чемпионат, потому что это было действительно большое событие для всей страны и каждого игрока. Там царила необыкновенная атмосфера футбольной жизни, которой я никогда не знал до этого. Когда все закончилось, мы настолько устали, что, с одной стороны, были даже рады, что едем домой. Но потом, когда вернулись и я смотрел полуфинал по телевидению, все опять всплыло, и захотелось назад в Германию (смеется).

— Некоторые игроки говорят о том, что чемпионат мира для них — это огромная радость, праздник, другие утверждают, что это каторга и работа до седьмого пота. Какую точку зрения поддержите?
— Конечно, это нелегко: отыграть чемпионат в своей стране и потом, когда у всех отпуск, опять ехать на сборы. Например, у нас они длились три с половиной недели. Плюс отборочные игры, а если команда проходит дальше — можно и на два месяца застрять. Это очень тяжело и физически, и психологически. Но такова наша профессия. Любой игрок мечтает оказаться на мундиале, даже если уже был на чемпионате мира не один раз.

— Но, согласитесь, нервотрепка колоссальная. Помните, как Украина вышла из группы, затратив кучу нервов, когда под занавес игры с Тунисом Андрей Шевченко забил пенальти?
— Да, пришлось побеспокоиться, хотя первый раз мы понервничали на том чемпионате, когда проиграли Испании — 0:4. Тогда мы сильно кровь себе попортили.

— Не ожидали такого результата?
— Да, мы просто перегорели. Понятно, что испанцы сильнее по уровню и по игрокам, но мы никак не думали, что все так быстро произойдет и уже в первом тайме мы будем "гореть" со счетом 0:3.

— Шансов отыграться совсем не было?
— После того как у нас удалили футболиста, что-то сделать было очень сложно. Соперник нам забил первый гол, потом сразу второй, после чего ребята просто растерялись.

— Поделитесь секретом, каким образом после такого поражения команде удалось собраться и выиграть следующий матч у Саудовской Аравии с разгромным счетом 4:0?
— Все просто: мы понимали, что матч с арабами для нас последний шанс. Либо мы выигрываем и боремся дальше за выход из группы, либо пакуем чемоданы и едем домой. Но мы не горели желанием с позором ехать восвояси, поэтому настроились и выиграли встречу.

— Наверняка не обошлось без серьезного разговора перед этим поединком, без накруток?
— Блохин нам напомнил, что за нас болеет вся страна, наши родные, близкие, друзья, которые верят и ждут… Мы ведь постоянно были с ними на связи, и они рассказывали, что творится в стране, что все надеются на нас, наше умение и мастерство. Не хотелось их огорчать и приезжать ни с чем.

— Послематчевая серия пенальти со сборной Швейцарии, когда Александр Шовковский не пропустил ни одного гола, наверняка стала самым запоминающимся и радостным моментом всего мундиаля?
— Да, это было что-то с чем-то! Сразу вспоминаю, как Гусев забил победный гол и мы все побежали радоваться на поле. И даже я, с разорванной мышцей.

— Вы в игре получили повреждение?
— Да, у меня был надрыв передней мышцы бедра, и когда все уже все закончилось — я сделал свой последний рывок на чемпионате мира (смеется). Потом была радость в раздевалке, автобусе, гостинице, бесконечные звонки, звонки, звонки… Нам рассказывали, что происходило на Украине. Безумно приятно, что мы сотворили такое чудо для людей, для нашей страны!

— Вашу германскую эпопею завершила сборная Италии. Настолько выложились, что уже не было сил с ними бороться?
— Шансы в матче мы имели, но забить никак не получалось, к сожалению. Итальянцы здорово выглядели и реализовали те моменты, которые создали. А у нас при счете 0:1 была прекрасная возможность сравнять счет. Если бы забили — кто знает, как сложилась бы игра. А когда итальянцы заколотили нам второй гол, стало понятно, что отыграться вряд ли получится. Скорее всего, соперник победил из-за разницы в классе. Единственное, что скрашивает поражение, — это то, что мы уступили будущим чемпионам мира. Это маленькое оправдание для нас.

— Вам потом сны футбольные не снились?
— Бывают какие-то сюжеты, где я во сне играю в футбол, но тот чемпионат мира почему-то не снился ни разу.

— Что-то на память себе привезли из Германии?
— У меня остались майки и бутсы, которые подписала вся команда. Кроме того, мой папа присутствовал на всех наших матчах, вот он сувенирами и занимался.