Василий Уткин рассуждает о молодых тренерах в преддверии московского дерби ЦСКА и "Спартака".

Иных уж нет. А те – далече. «Сгорели все они, как свечи», – иронично добавлял один поэт. О ком это? О поколении российских молодых тренеров.

Прошло немного времени с тех пор, как одной из главных журналистских тем было поколение молодых тренеров. Кто только в него не затесывался, скажем уж прямо. И вот сейчас мы ожидаем основное российское дерби, а у руля двух самых популярных наших команд те самые, из поколения молодых. Леонид Слуцкий и Валерий Карпин.

А само поколение в общем-то растворилось. Рашид Рахимов пресуществил самолюбие в самолюбование и вернулся в «Амкар», как из столицы возвращается в постылую глушь не воспользовавшийся шансом актер или музыкант. Станислав Черчесов, не востребованный почти два года, работает сейчас в первом дивизионе. Сергей Юран не помню, когда уж тренировал-то. Тут, кстати, нет трагедии, просто интересно: станет ли он, к примеру, первым тренером из весьма отдаленного резерва, который вслух назовет работу на телевидении достойной себя профессией? Он пока к этому, кажется, ближе всех.

Андрей Чернышов сгинул куда-то, Александр Мостовой так и не получил ни единого предложения. Николай Писарев вот еще при работе, но должность его совершенно напрасно считается перспективной. За последние лет десять все, кто приходил в молодежную сборную, рассчитывая «выстрелить», получали «выстрел» в собственную голову. И с аккуратной дырочкой от пули садились в глубокий запас.

Из всего для меня необъяснима лишь бездеятельность Андрея Кобелева. Только он из этого поколения мог бы сейчас, сложись жизнь чуть иначе, рулить какой-то серьезной, с претензиями, командой. Но… нам ведь магатов подавай!

Я к чему? К тому, что вот говорили мы, говорили о поколении, а ведь тренерская профессия, пожалуй, слишком штучна, чтобы всерьез вести счет не единицами, а как-то иначе. Так что поколения нет, а есть два очень разных наставника: Слуцкий и Карпин. Первый всегда хотел стать тренером и шел к этой цели практически с юношества. Второй совершенно не задумывался о тренерской карьере, она сама его настигла.

Карпин критикуем специалистами, но любим болельщиками немыслимо. О Слуцком никто не откажется сказать – умница и профи, но вот фанаты его всегда будут считать немножечко, а чужим. Не родным. Карпин может говорить резко, еще резче, еще и еще резче, если этого потребует ситуация. А Слуцкий готов вежливо, по существу ответить на самый безграмотный вопрос. Там и не было существа – а он нашел.

Антиномия сплошная!

Завтра они сыграют. Один – с командой, которая пока показывает самый внятный футбол и чуть ли не первая выглядит потенциально по-чемпионски. Другой выведет на поле группу очень неплохих игроков, которые отчего-то вдруг перестали быть командой. В общем, фаворит вроде ясен.

Но, может быть, именно против такого фаворита игроки «Спартака» снова станут грозной силой? Нет, это смешно – на такие вещи полагаться всерьез, но – вдруг? Ведь и случаи бывали. И такая метаморфоза будет абсолютно в карпинском духе.

Но это мы увидим или же нет в субботу. А мне сейчас лезет в голову другое: не могу понять, как получилось, что их на этой волне осталось всего двое? Ведь уже почти понятно, что будет дальше: следующее поколение бывших игроков вроде бы не близко к тому, чтобы получить подобный шанс. Разве что надеяться, что Тетрадзе пойдет вперед соразмерными шагами? Ну а самоучка вроде Слуцкого – таких за последние лет пятьдесят по пальцам одной руки сосчитать.

Мы столько сокрушаемся, как недостает нам школ и интернатов, как странно растут молодые футболисты, хоть собирай их, как дикоросы, по окрестным странам, изучая родословные. Тренерская профессия, конечно, другая – она всемирная, и нет зазорного в том, чтобы позвать специалиста с именем, но… Если выходит так, что тренерская школа берет и сходит на нет… Я ни на кого не пытаюсь нагнать страху, но это ведь катастрофичный симптом.

Василий Уткин