Обозреватель еженедельника «Спорт день за днем» Илья Казаков вспоминает любопытный случай, отчасти объясняющий невостребованность и обособленность тренера Анатолия Бышовца.

«В прошлом году в гостях у «Футбола России» в один день оказались Бышовец и Валерий Газзаев. Еще в гримерке возникло ощущение чего-то давящего. Бышовец с ходу заметил, что Газзаев прибавил один-два килограмма: «Видно, что в отпуске». Газзаев ответил красиво — остановившись у двери, попросил пройти Бышовца первым, тот отказывался, но услышал: «Мы на Кавказе с детства привыкли с уважением относиться к людям старшего поколения».

Словами не передать интонацию. Как и не объяснить то, почему на эфире Бышовец смотрел на Газзаева, а Газзаев, когда собеседник обращался к нему, мог разглядывать интерьер студии.

Не могу представить, чтобы Газзаев так вел бы себя с кем-то еще из коллег. В этом жесте была не неприязнь, а отстранение от человека, сидевшего рядом.

Когда все это началось? В какой момент?

Я не знаю. Пытаюсь понять, но догадки пока спорны.

Равно как не знаю, почему Бышовец не сумел стать тем, кем мог. Ведь именно он, а не Слуцкий больше других заслуживал прозвища «наш Моуринью». Именно он строил свою карьеру по тем же лекалам, что и этот маленький гениальный португалец: через такие же психологические войны с каждым из прямых конкурентов, через конфликты с журналистами и пренебрежение многими из них. Через попытки показать руководству клубов, что именно он, тренер, должен быть главной фигурой.

Именно Бышовец, а не Слуцкий, стал «особенным» в России.

Но не как Моуринью. Иначе», – повествует Казаков.