Колумнист The Guardian Ричард Уильямс напоминает, что всего шесть лет назад Диего Марадона был безмерно далек от футбольных успехов, но очень близок к смерти.

«Люди с зажженными свечами дежурили не только за оградой больницы в Буэнос-Айресе, но и по всему миру. Проведя 12 дней в реанимации с проблемами сердца и легких, Диего Армандо Марадона лежал среди пациентов психиатрической палаты, пока члены его семьи спорили о том, как его дальше лечить. «Там все были сумасшедшие», – вспоминал он потом. «Какой-то парень сказал, что он Наполеон, и ему никто не поверил. Я сказал, что я Марадона, – и мне тоже не поверили».

В дальнейшее развитие событий, разворачивающихся сегодня в ЮАР, каждому показалось бы невероятным. В 2004 году мир ждал новостей о его смерти в 43 года от сочетания физических проблем, спровоцированных разрушительной славой, его впечатляюще бурное существование достигло своей низшей точки. Но шесть лет спустя, вопреки всем предположениям и ожиданиям, он снова был среди лучших на чемпионате мира, на турнире, который подарил ему минуты наивысшей славы и позора».